luckyea77 (luckyea77) wrote,
luckyea77
luckyea77

Живые деньги: в США взяты новые рубежи медицины



Т-клетка здорового человека

В этом году ожидаются рекордные объемы инвестиций в сферу Life Sciences и Digital Health в США. Последние недели стали кульминацией многих предыдущих десятилетий исследований: одобрена первая генная терапия, излечивающая безнадежные случаи рака, показаны исключительные результаты революционного класса препаратов, открывается новая эра «цифровой медицины».

В 2010 году у пятилетней Эмили Уайтхед диагностировали острый лимфобластный лейкоз, наиболее частое онкологическое заболевание крови у детей. Родителей обнадежили тем, что это заболевание лучше других поддается излечению классической химиотерапией, но у Эмили все пошло негладко. После двух курсов химиотерапии у нее начали отказывать ноги, и она чудом избежала ампутации. 16 месяцев спустя произошел рецидив. Тогда родители узнали о наборе пациентов в первое исследование новой экспериментальной терапии, только получившей разрешение на запуск в клинической программе. К сожалению, в ситуации с Эмили врачи посчитали хоспис, с его поддерживающей терапией, неминуемо ведущей к смерти, предпочтительной альтернативой. Участие в клиническом исследовании новой генной терапии, дающее надежду на спасение ребенка, не рассматривалось. Но родители не смирились с неизбежностью, и Эмили стала первым ребенком, который получил терапию новым методом —трансплантацией генно-модифицированных Т-клеток иммунной системы (CAR-T). В результате она не только выздоровела и отлично себя чувствует сейчас в свои 12 лет — ее исцеление позволило вновь привлечь внимание к возможностям генной терапии, которая была на периферии исследований в течение многих лет.

В конце августа этого года FDA одобрило первую генную терапию в США, разработанную компанией Novartis — продукт Kymriah. Пока показание к применению очень ограниченное, но полученные результаты впечатляют: 52 из 63 детей, которые получили терапию во второй фазе клинических исследований, показали полное исчезновение злокачественных клеток лимфомы через три месяца после процедуры. При этом, все пациенты, участвовавшие в исследовании, уже исчерпали традиционные методы лечения. Об этой процедуре и ее рисках мы рассказывали подробнее в Forbes, год назад когда судьба этого нового метода терапии еще не определилась.

История появления CAR-T наглядно иллюстрирует, как проходит научный прогресс и какие личные факторы им движут. CAR-T терапия обязана своим появлением многим сотням ученым, которые работали на протяжении многих десятилетий.

Идея использования иммунной системы в борьбе против рака появилась еще в XIX веке, когда в 1891 году американский хирург Вильям Коли ввел нескольким пациентам с неоперабельными опухолями специально выведенные культуры бактерий, что привело к иммунному ответу и уменьшению размера опухолей. Работы Коли были проигнорированы, а сам он провозглашен шарлатаном. Потребовалось 102 года, чтобы в 1993 году в Израиле была создана первая линия генно-модифицированных Т-клеток. В США возможностями модификации Т-клеток занимался ученый Карл Джун исключительно в рамках фундаментальных исследований. Но в 1996 году у его 41-летней супруги был обнаружен рак яичников. Карл попытался разработать лекарство для супруги, но не успел. Жена Карла Джуна скончалась в 2001 году. В те годы было крайне сложно привлечь финансирование на подобные проекты — в 1999 году произошел печально известный случай смерти относительно здорового 18-летнего пациента-добровольца в результате полученной генной терапии. После процедуры у него одновременно отказали почки, легкие и мозг.

В течение десятилетия Карл Джун вел разработки внутри исследовательского института и, по его словам, не раз был готов сдаться. Кульминацией стало спасение первой пациентки Эмили Уайтхед в 2011 году. По мнению Джуна, если бы Эмили умерла, вместе с ней ушло бы в небытие все направление CAR-T. Эмили Уайтхед тоже испытала тяжелые побочные эффекты — многодневную лихорадку, так называемый «цитокиновый шторм». Примерно в течение недели пациенты могут находиться на грани жизни и смерти, но уже сейчас есть понимание, как это состояние можно контролировать. В клиническом исследовании, проведенном компанией Novartis с использованием технологии Карла Джуна, эту типичную реакцию на введение CAR-T клеток испытали порядка 78% пациентов, но, благодаря разработанному комплексу лечебных методов противодействия, препарат Kymriah получил единогласное одобрение экспертов FDA и был допущен в клиническую практику.

Становится очевидным, что направление займет достойное место в линейке существующих методов воздействия на раковые процессы: гормонотерапии, химиотерапии таргетной и иммунотерапии.

Терапия CAR-T: цена исцеления

После одобрения первой генной терапии на основе технологии CAR-T главной темой обсуждения стала цена. Старая модель фармбизнеса в области онкологии предполагала длительные курсы препаратов для широкого круга пациентов в течение многих лет или пожизненно. Генные же методы терапии, как правило, направлены на очень узкие группы пациентов и применяются единоразово. Поэтому фармкомпаниям становится сложно вернуть свои инвестиции. Очевидно, что в связи со сменой парадигмы лечения требуется новая модель ценообразования и оптимизация технологий производства и логистики.

Недавно компания Novartis объявила цену — $475 000 за одну процедуру. Цена оказалась существенно ниже ожиданий (в Европе первая одобренная генная терапия стоит свыше $1 млн на одного пациента), но, разумеется, не могла избежать критики. По словам представителя, Novartis, подходы к ценообразованию, основанные на клинической ценности, подтверждают, что цена в $600 000-750 000 является рентабельной для государства, поскольку альтернативные методы терапии у детей — трансплантация костного мозга или стволовых клеток крови — совокупно приводит к расходам, достигающим $800 000 в первый год лечения.

В итоге, Novartis предложила простое решение: для всех пациентов, которые покрыты государственным страхованием, компания будет получать полную оплату за процедуру только в случае успеха. Кроме того, представители компании заверяют, что работают над специальными программами доступа к лечению для пациентов без государственного страхования. Насколько рынок готов внедрять новую процедуру пока неочевидно, отрасль находится в ожидании цифр по продажам в первые кварталы. По оценкам аналитиков, объем продаж может составить на пике до $2 млрд на рынке США или порядка 4 000 пациентов в год.

Сколько заработали инвесторы технологии CAR-T?

Одновременно с одобрением первой генной терапии в США, одна из крупнейших фармкомпаний Gilead с рыночной капитализацией более $100 млрд объявила о приобретении компании KITE Pharma с технологией CAR-T за $11,9 млрд. Одобрение препарата KITE Pharma ожидается в течение ближайших месяцев. Gilead согласилась купить компанию по цене в $180 за акцию с относительно скромной премией к рынку в 29%, но стоит отметить что всего 3 года назад IPO компании в объеме $128 млн считалось исключительно успешным по цене акции в 10 раз меньшей — $17. Соответственно, для участников IPO дождавшихся успешного выхода рентабельность инвестиции составила более 100% годовых.

Но самым крупным единоличным бенефициаром стал CEO компании Ари Беллдегран. В настоящее время он работает профессором в Калифорнийском университете и, по версии The Hollywood Reporter, является одним из лучших урологов Голливуда. Параллельно с клинической практикой он основывал ряд компаний, в том числе, с успешными выходами.

Продажа KITE Pharma принесла профессору Беллдеграну около $700 млн как крупнейшему акционеру и главе компании. По последним оценкам Forbes Israel (еще до сделки), его состояние уже оценивалось в $1 млрд. Беллдегран разделит успех со своими коллегами, так, например, главный операционный директор компании Синтия Буттита получит $120 млн, а глава НИОКР компании Дэвид Чанг в результате сделки получит около $100 млн.

Всего сейчас порядка 40 биотехкомпаний занимаются разработками в области CAR-T. Три компании-лидера: KITE, Juno и Novartis, а новые игроки добавляют накал в конкурентную борьбу.

РНК-интерференция: «управление» геномом вместо редактирования

В то время как генная терапия громко выходит на рынок, вплотную к одобрению придвинулась принципиально новая терапевтическая модальность, которая не требует модификации генов в живом организме — РНК-интерференция (RNA interference, RNAi). Технология RNAi состоит в управляемом подавлении активности выбранного гена без необходимости его модификации и с возможностью его повторного «включения», путем вмешательства на этапе считывания РНК для выпуска белков.

Интересно взглянуть в ретроспективе на взлеты и падения интереса к этой технологии в течение последних 20 лет, эта история достаточно типична для прорывных технологий. В 2006 году американским учёным была присуждена Нобелевская премия за работы по изучению RNAi у круглых червей, опубликованные еще в 1998 году — то есть через «короткие» 8 лет после открытия. Тогда это вызвало волну интереса к РНК-интерференции. Фармкомпания Roche вложила порядка $500 млн во внутреннюю программу разработки препаратов на основе данной технологии. Компания Merck приобрела разработки небольшой компании Sirna Therapeutics за $1,1 млрд. Подключились другие крупные игроки.

В течение нескольких лет стало понятно, что технология не дает быстрых результатов и наступило длительное разочарование. Экспериментальная терапия на основе RNAi демонстрировала опасные побочные эффекты, которые оказалось невозможно предсказать на основе исследований на животных. К 2010 году интерес в отрасли к данной технологии пропал. Roche списал свои инвестиции и расформировал подразделение RNAi. Это направление исследований покинули Pfizer и Abbott. А Merck продала Sirna Therapeutics с убытком за $175 млн в 2014 году. Покупателем выступила небольшая компания Alnylam Pharmaceuticals, которая была основана в 2002 году и целенаправленно занималась исключительно технологиями RNAi.

20 сентября этого года рыночная капитализация Alnylam Pharmaceuticals выросла на 50% и прибавила более $3 млрд (всего с начала года капитализация компании выросла более чем на 200%). Окончательные клинические исследования по одной из программ увенчались беспрецедентным успехом. Предположительно первый препарат на основе RNAi может быть одобрен уже в течение ближайших месяцев. В портфеле разработок компании — множество кандидатов по генетически-обусловленным заболеваниям и практически неизлечимому на данный момент гепатиту B. Спустя 20 лет с момента открытия и 10 лет после шума, вызванного Нобелевской премией, технология РНК-интерференции, наконец, может стать препаратом.

Эксперты о перспективах РНК-интерференции

Главной причиной неудач технологии RNAi являются сложности с доставкой препарата непосредственно в те клетки, в которых необходимо остановить патогенный процесс. Потребовался существенный прогресс в нанотехнологиях доставки препаратов, чтобы сделать РНК-интерференцию реальностью.

По вопросам наноплатформ доставки мы сотрудничаем с ученым Робертом Лэнгером, глобальным лидером по нанотехнологиям из Массачусетского технологического института (MIT). В 2010 году он вступил в Научный совет компании Alnylam и привнес свою экспертизу. Лэнгера называют «Эдисоном медицины», он является самым цитируемым инженером в истории, обладает порядка 1300 патентами. 27 сентября этого года он получил самую высокую награду в области нанотехнологий — Премию Кабиллера в размере $250 000. В 2015 году ему присудили премию Queen Elizabeth Prize в области инженерных наук в 1 млн фунтов стерлигов. А в 2014 году он получил премию в $3 млн за прорывные разработки в сфере Life Sciences, учрежденную основателями Facebook, Google, 23andMe и Юрием Мильнером.

С 2014 года Лэнгер входит в консультационный совет нашего фонда ATEM Capital, и мы обсудили с ним будущее технологии РНК-интерференции. По его мнению, проблема доставки препарата по-прежнему не решена. Несмотря на недавние успехи, все существующие наноплатформы доставляют активное вещество, в основном, в печень. Поиск вида «транспорта», который бы смог преодолеть защиту иммунной системы и дойти до клеток целевого органа — исключительно сложная технологическая задача. В чашке Петри механизм действия RNAi может отлично работать, но не в живых организмах. Когда проблемы доставки будут решены РНК-интерференция сможет получить широкое применение, особенно перспективно применение этой технологии в сфере онкологии, где можно будет произвольно управлять активностью ряда генов, которые не поддаются воздействию традиционными препаратами.

Мы также обсудили перспективы технологии с Виктором Котелянским, бывшим старшим вице-президентом компании Alnylam по науке (2003-2012 гг.) и профессором Сколтеха. По его мнению, главное преимущество технологии РНК-интерференции — это возможность эффективной разработки новых лекарств. Когда проблемы с доставкой будут окончательно решены, встанет вопрос о генетических основах заболеваний. Как только будет понятен «генетический профиль» заболевания — можно будет достаточно оперативно разрабатывать препараты, нацеленные на конкретный ген или группу генов. Начнется новая парадигма разработки препаратов — те исследования, которые сейчас занимают более десяти лет и стоят миллиарды долларов, можно будет осуществлять в течение нескольких лет с кратно более низкими затратами. Такое будущее медицины приведет к кардинальной трансформации рынка и новым возможностям для человечества.

Начало эры цифровой медицины

Генная инженерия и «управление» геномом постепенно становятся мейнстримом высокотехнологичной медицины. Любопытно, однако, заметить, что Нобелевский комитет, вопреки ожиданиям, в этом году не присудил премии ученым за нашумевшую технологию редактирования генома Crispr, а отметил их коллег, которые исследовали молекулярные механизмы биологических ритмов. Действительно после многих лет исследований ученые все больше склоняются, что наиболее распространенные недуги можно корректировать именно здоровым образом жизни.

Так в начале этого года вышла книга в соавторстве с Элизабет Блэкберн, нобелевским лауреатом 2009 года, которая открыла теломеразу и роль теломеров в качестве «биологических часов старения». Книга называется «Эффект теломеров: революционный подход к продлению молодости, здоровья и жизни» (The Telomere Effect: A Revolutionary Approach to Living Younger, Healthier, Longer). Многие читатели ожидали новых открытий в области молекулярной биологии и рассказов про омолаживающие «генетические» инъекции. В книге же от обсуждения теломеразы ученая быстро переходит к практическим рекомендациям для продления жизни: качественный сон, физические нагрузки и здоровая диета. Еще она рекомендует гнать от себя отрицательные эмоции и неприятное соседство. Трудно не согласиться с этими советами нобелевского лауреата.

В связи с этими «открытиями» в мире стали разрабатываться тысячи удобных приложений для отслеживания состояния организма. Но все они проходили в категории «улучшение общего самочувствия» («wellness»), цены были минимальны и типичны для мобильных приложений. В таком виде этот сектор не представлял интереса для фармрынка. В 2015 году развитие цифровой медицины поддержало Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов Правительства США (FDA). Регулятор выпустил новую инструкцию о медицинских мобильных приложениях, которая позволила стартапам выйти на многомиллиардные рынки, в том числе государственного и частного страхования. С тех пор появилась возможность доказательства клинической ценности мобильных приложений и получения возмещения по ним от страховых компаний. Благодаря такой поддержке объем рынка существенно вырос. В этом году будет поставлен рекорд по объему венчурных инвестиций в сферу Digital Health — по оценкам управляющей компании Rock Health, объем инвестиций за первые три квартала уже превысили $4,7 млрд.

14 сентября этого года в США было одобрено первое мобильное приложение Reset по клиническому показанию. Приложение направлено на борьбу с расстройством, вызванным употреблением психоактивных веществ: алкоголя, кокаина, марихуаны и других. В рамках клинического исследования было достоверно показано, что использование приложения повысило способность пациентов воздерживаться от употребления веществ в 40.3% случаев против 17.6% с текущими стандартами лечения. Данное приложение будет «скачиваться» исключительно по рецепту врача.

Мы обсудили перспективы этого направления с членом нашего консультационного совета Эдом Годбером, в прошлом топ-менеджером GlaxoSmithKline и компании PatientsLikeMe, одного из самых успешных проектов в сфере Digital Health. По его мнению, одобрение Reset открывает новую страницу в области медицины. Цифровая медицина может потенциально быть применена к наиболее крупным терапевтическим областям: диабет второго типа, ожирение, гипертония, синдром дефицита внимания с гиперактивностью, депрессия и даже болезнь Альцгеймера. Все эти заболевания связаны с нашим поведением и образом жизни и формируют многомиллиардные рынки, где сегодня присутствуют часто малоэффективные препараты.

Таким образом, в этом году предположительно будут поставлены новые рекорды по объему инвестиций в сферы Life Sciences и Digital Health США. Это связано с тем, что генная терапия, РНК-интерференция, цифровая медицина и многие другие технологии достигают стадии зрелости и открывают новые горизонты для излечения ранее безнадежных случаев рака и генетически-обусловленных заболеваний, а также для предотвращения и борьбы с хроническими недугами.

Tags: медицина
Subscribe

Posts from This Journal “медицина” Tag

promo luckyea77 july 4, 2016 11:42 2
Buy for 10 tokens
Публикую рейтинги форекс-компаний по таким параметрам, как суммарные капиталы инвесторов, суммарные капиталы управляющих и суммарные доходы ПАММ-счетов за все время по 20 самым крупным ПАММ-счетам. Капитал инвесторов (КИ) 1. PrivateFX - 11 636 000 $ 2. Альфа-Форекс - 7 007 000 $ 3. Alpari…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments