luckyea77 (luckyea77) wrote,
luckyea77
luckyea77

Как устроена инфраструктура интернета (часть 1)

часть 1 - часть 2



О, а вот и вы. Быстро получилось, не так ли? Всего лишь щелчок мыши или нажатие на экран и, если у вас соединение 21 века, вы мгновенно оказались на этой странице.


Но как это работает? Думали ли вы когда-нибудь о том, как картинка с котиком попадает на ваш компьютер в Лондоне с сервера в Орегоне? Мы говорим не просто о чудесах протокола TCP/IP или вездесущих точках доступа Wi-Fi, хотя это все тоже важно. Нет, мы говорим о большой инфраструктуре: огромных подводных кабелях, обширных дата-центрах со всем их излишеством энергосистем и о гигантских, лабиринтоподобных сетях, непосредственно подключающих миллиарды людей к Интернету.


А вот что, вероятно, еще важнее: поскольку мы все больше полагаемся на повсеместную связь с Интернетом, число подключенных устройств все растет, а наша жажда трафика не знает границ. Как мы обеспечиваем работу Интернета? Как Verizon и Virgin (крупнейшие интернет-провайдеры в США, — прим. Newочём) удается стабильно передавать вам в дом сто миллионов байтов данных каждую секунду, круглые сутки, каждый день?


Что ж, прочитав следующие семь тысяч слов, вы об этом узнаете.


Тайные места выхода кабелей на сушу


British Telecom (BT) может заманивать клиентов, обещая провести «оптоволокно в каждый дом» (FTTH) для повышения скорости, и у Virgin Media качество услуг неплохое — скорости до 200 Мбит/с для физических лиц благодаря гибридной волоконно-коаксильной (ГВК) сети. Но, как видно из названия, всемирная паутина — это действительно мировая сеть. Обеспечить работу Интернета не под силу одному отдельному провайдеру на нашем острове, да и вообще где-либо в мире.


В первую очередь мы в кои-то веки посмотрим на один из самых необычных и интересных кабелей, по которым передаются данные, и на то, как он достигает британских берегов. Мы говорим не о каких-нибудь обычных проводах между наземными дата-центрами в сотне километров друг от друга, а о контактной станции в загадочном месте на западном берегу Англии, где после пути в 6500 километров из американского Нью-Джерси заканчивается атлантический подводный кабель Tata.


Связь с США необходима для любой серьезной международной коммуникационной компании, и Tata's Global Network (TGN) — это единственная опоясывающая всю планету оптоволоконная сеть с одним владельцем. Это 700 тысяч километров подводных и наземных кабелей с более чем 400 узлами связи по всему миру.


Tata, однако, готова делиться. Она существует не просто для того, чтобы дети директора могли без задержек играть в Call of Duty, а группа избранных могла без задержек смотреть «Игру престолов» онлайн. Ежесекундно на сеть Tata первого уровня приходится 24% мирового интернет-трафика, так что шанс поближе познакомиться с TGN-A (Атлантика), TGN-WER (Западная Европа) и их кабельными друзьями упускать нельзя.


Сама станция — вполне себе классический дата-центр на вид, серый и невзрачный — может вообще показаться местом, где, например, выращивают капусту. А внутри все иначе: для перемещения по зданию нужны RFID-карточки, для входа в помещения дата-центра — дать считать свой отпечаток пальца, но для начала — чашка чая и беседа в конференц-зале. Это не привычный дата-центр, и некоторые вещи надо объяснять. В частности, для подводных кабельных систем нужно очень много энергии, которую предоставляют многочисленные резервные агрегаты.

Защищенные подводные кабели


Карл Осборн, вице-президент Tata по международному сетевому развитию, присоединился к нам на время экскурсии, чтобы изложить свои мысли. До Tata Осборн работал на самом корабле, прокладывающем кабель, и следил за процессом. Он показал нам образцы подводных кабелей, демонстрируя то, как меняется их конструкция в зависимости от глубины. Чем ближе вы к поверхности, тем больше нужно защитной оболочки, чтобы выдержать потенциальные повреждения от судоходства. На мелководье выкапываются траншеи, куда кладут кабели. Впрочем, на большей глубине, как в Западно-Европейской котловине глубиной почти в пять с половиной километров, защита не требуется — коммерческое судоходство никак не угрожает кабелям на дне.


На этой глубине диаметр кабеля — всего 17 мм, он словно фломастер в толстой изолирующей полиэтиленовой оболочке. Медный проводник окружает множество стальных проволочек, защищающих оптоволоконную сердцевину, находящуюся в стальной трубке диаметром менее трех миллиметров в мягком тиксотропном желе. Защищенные кабели внутри устроены так же, но вдобавок одеты в еще один или несколько слоев гальванизированной стальной проводки, обернутой вокруг всего кабеля.


Без медного проводника не было бы никакого подводного кабеля. Оптоволоконная технология обладает высокой скоростью и может пропускать чуть ли не безграничное количество данных, но оптоволокно не может работать на длинных дистанциях без небольшой помощи. Для усиления светопередачи по всей длине оптоволоконного кабеля нужны устройства-повторители — по сути, усилители сигнала. На суше это легко осуществляется за счет местной электроэнергии, но на дне океана усилители получают постоянный ток от медного проводника кабеля. А откуда берется этот ток? Со станций на обоих концах кабеля.


Хотя потребители этого не знают, TGN-A — это, на самом деле, два кабеля, идущие через океан разными путями. Если один будет поврежден, другой обеспечит непрерывность связи. Альтернативный TGN-A выходит на сушу на расстоянии в 110 километров (и три наземных усилителя) от основного и получает свою энергию оттуда же. У одного из этих трансатлантических кабелей 148 усилителей, а у другого, более длинного — 149.


Руководители станции стараются избегать известности, так что я назову нашего гида по станции Джоном. Джон объясняет устройство системы:


«Для питания кабеля с нашего конца идет положительное напряжение, а в Нью-Джерси оно отрицательное. Мы стараемся поддерживать ток: напряжение легко может наткнуться на сопротивление на кабеле. Напряжение примерно в 9 тысяч вольт поделено между двумя концами. Это называется двуполярным питанием. Так что с каждого конца примерно 4 500 вольт. В нормальных условиях мы могли бы обеспечивать работу всего кабеля без всякой помощи со стороны США»


Стоит ли говорить, что усилители сделаны с расчетом на бесперебойную работу в течение 25 лет, поскольку никто не будет посылать на дно водолазов, чтобы поменять контакт. Но глядя на сам образец кабеля, внутри которого всего восемь оптических волокон, невозможно не подумать, что при всех этих усилиях тут должно быть что-то большее.


«Все ограничивается размерами усилителей. На восемь волоконных пар нужны усилители вдвое большего размера», — поясняет Джон. А чем больше усилители, тем больше нужно энергии.


На станции восемь проводов, составляющих TGN-A, образуют четыре пары, каждая из которых содержит волокно приема и волокно передачи. Каждый проводок окрашен в свой цвет, чтобы в случае поломки и необходимости ремонта в море техники могли понять, как собрать все в изначальное состояние. Аналогично, работники на суше могут понять, что куда вставлять при подключении к подводному линейному терминалу (SLTE).


Ремонт кабелей в море


После экскурсии по станции я поговорил с Питером Джеймисоном, специалистом техподдержки оптоволоконных сетей в Virgin Media, чтобы побольше узнать об обеспечении работы подводных кабелей.


«Как только кабель нашли и доставили на корабль для починки, устанавливается новый отрезок неповрежденного кабеля. Затем устройство с дистанционным управлением возвращается на дно, находит другой конец кабеля и совершает соединение. Затем кабель закапывается в дно максимум на полтора метра с помощью водяной струи высокого давления», — рассказывает он


«Обычно ремонт занимает где-то десять дней с момента отправления ремонтного судна, из которых четыре-пять дней — работы непосредственно на месте поломки. К счастью, такие случаи редки: за последние семь лет Virgin Media сталкивалась лишь с двумя».


QAM, DWDM, QPSK…


Когда кабели и усилители установлены — скорее всего, на десятилетия — больше в океане ничего отрегулировать нельзя. Ширина полосы, задержка и все, что касается качества услуг, регулируется на станциях.


«Чтобы понять отправляемый сигнал, используется прямая коррекция ошибок, и техники модуляции менялись по мере того, как количество трафика, передаваемого сигналом, увеличилось», — говорит Осборн. «QPSK (квадратурная фазовая манипуляция) и BPSK (двоичная фазовая манипуляция), иногда называемая PRK (двукратная относительная фазовая манипуляция), или 2PSK- это техники модуляции на больших дистанциях. 16QAM (квадратурная амплитудная модуляция) использовалась бы в более коротких подводных кабельных системах, а сейчас разрабатывается технология 8QAM, промежуточная между 16QAM и BPSK.


Технология DWDM (плотное мультиплексирование с разделением по длине волны) используется для совмещения различных каналов данных и для передачи этих сигналов на разных частотах — через свет в определенном цветовом спектре — по оптоволоконному кабелю. По факту, она образует множество виртуальных оптоволоконных каналов. Благодаря этому пропускная способность волокна резко повышается.


На сегодняшний день каждая из четырех пар обладает пропускной способностью в 10 Тбит/с и может достигать 40 Тбит/с в TGN-A кабеле. В то время цифра в 8 Тбит/с была максимальным существующим потенциалом на этом кабеле сети Tata. По мере того, как новые пользователи начинают пользоваться системой, они используют резервные мощности, однако мы от этого не обеднеем: в системе по-прежнему остается 80% потенциала, и в последующие годы с помощью очередной новой кодировки или усиления мультиплексирования почти наверняка можно будет повысить пропускную способность.

Одна из основных проблем, оказывающих воздействие на применение фотонных коммуникационных линий — дисперсия в оптоволокне. Так называется то, что разработчики включают в расчет при создании кабеля, поскольку некоторые секции оптоволкна обладают положительной дисперсией, а некоторые — отрицательной. И если вам понадобится произвести ремонт, нужно быть уверенным в том, что под рукой кабель с подходящим типом дисперсии. На суше электронная компенсация дисперсии — задача, которая постоянно оптимизируется, чтобы допускать возможность передачи самых слабых сигналов.


«Раньше мы использовали катушки оптоволокна, чтобы вызвать компенсацию дисперсии, — говорит Джон, — но теперь это все делается с помощью электроники. Так намного точнее удается повышать пропускную способность».


Так что теперь, вместо того, чтобы изначально предлагать пользователям 1-, 10- или 40-гигабитное оптоволокно, благодаря усовершенствованным за последние годы технологиям, можно готовить «сбросы» в 100 гигабит.


Кабельная маскировка


Несмотря на то, что благодаря ярко-желтому желобу их сложно не заметить, на первый взгляд, в здании и атлантический, и восточно-европейский подводные кабели можно легко принять за какие-нибудь элементы системы распределения электроэнергии. Они установлены на стене и возиться с ними не нужно, хотя в случае, если потребуется новая прокладка оптического кабеля, они будут напрямую соединены посредством подводного оптоволокна из щитка. На торчащих из пола в месте закладки красном и черном стикерах написано «TGN Atlantic Fiber»; справа — кабель TGN-WER, оснащенный другим устройством, в котором пары оптоволокна находятся отдельно друг от друга в распределительной коробке.


Слева от обоих коробок располагаются заключенные в металлические трубы силовые кабели. Два наиболее прочных из них предназначены для TGN-A, те два, что потоньше — для TGN-WER. У последнего также имеются два подводных кабельных маршрута, один из которых завершается в испанском городе Бильбао, а другой — в столице Португалии, Лиссабоне. Поскольку расстояние от этих двух стран до Великобритании короче, в этом случае требуется намного меньше энергии, и поэтому используются более тонкие кабели.


Говоря об устройстве места закладки кабелей, Осборн рассказывает:


«У тех кабелей, которые тянутся с пляжа, есть три основные части: оптоволокно, по которому идет трафик, силовая линия и заземление. Оптоволокно, по которому идет трафик — то, что вытянуто над вон той коробкой. Силовая линия ответвляется на другом отрезке в пределах территории этого объекта»


Желтый желоб для оптоволокна, расположенный над головой, ползет к распределительным панелям, которые будут выполнять разнообразные задачи, включая демультиплексирование входящих сигналов, благодаря чему можно будет разделить разные частотные диапазоны. Они представляют собой место потенциальных «потерь», где отдельные каналы могут обрываться, не попадая в наземную сеть.

Джон рассказывает:«Поступают каналы на 100 Гбит, и у вас есть 10-гигабитные клиенты: 10 на 10. Мы также предлагаем клиентам чистые 100 Гбит».


«Все зависит от пожеланий клиента», — добавляет Осборн. «Если им нужен одиночный канал на 100 Гбит, который поступает от одного из щитков, он может быть напрямую предоставлен потребителю. Если клиенту нужно что-то помедленнее, тогда да, придется поставлять трафик на другое оборудование, где его можно будет разделить на части с более низкой скоростью. У нас есть клиенты, которые покупают выделенную линию со скоростью 100 Гбит, но их не так уж много. Какой-нибудь мелкий провайдер, который захочет купить у нас возможность передачи, скорее выберет линию на 10 Гбит».


Подводные кабели предоставляют множество гигабит пропускной способности, что может быть использовано для выделенных линий между двумя офисами компании, чтобы, например, можно было проводить голосовые вызовы. Вся пропускная способность может быть расширена до сервисного уровня интернет-магистрали. И каждая из этих платформ оснащена различным отдельно контролируемым оборудованием.


«Основная часть пропускной способности, получаемой благодаря кабелю, либо используется для обеспечения работы нашего собственного интернета, либо продается как линии передач другим оптовым интернет-компаниям, вроде BT, Verizon и других международных операторов, у которых нет собственных кабелей на морском дне и поэтому они покупают доступ к передаче информации у нас».


Высокие распределительные щиты обеспечивают функционирование мешанины оптических кабелей, которые делятся 10-гигабитной связью с клиентами. Если вы желаете повысить пропускную способность, то это практически так же просто, как заказать дополнительные модули и распихать их по полкам — так в индустрии говорят, когда хотят описать, как устроены крупные стоечные массивы.


Джон указывает на существующую и используемую клиентом систему 560 Гбит/с (созданную на основе технологии 40G), которую недавно обновили дополнительными 1,6 Тбит/с. Дополнительная мощность была достигнута с помощью двух дополнительных модулей по 800 Гбит/с, которые работают на основе технологии 100G с трафиком более, чем в 2,1 Тбит/с. Когда он говорит о поставленной задаче, создается впечатление, что самая длительная фаза процесса — ожидание появления новых модулей.


У всех инфраструктурных объектов сети Tata есть копии, поэтому существует два помещения SLT1 и SLT2. Одна атлантическая система, получившая внутреннее название S1, находится слева от SLT1, а кабель Восточная Европа — Португалия называют C1, и располагается он справа. На другой стороне здания — SLT2 и Атлантическая S2, которые вместе с C2 соединены с Испанией.


В отдельном отсеке неподалеку располагается наземное помещение, в котором, помимо прочего, занимаются контролем над поступлением трафика в лондонский центр обработки данных Tata. Одна из трансатлантических пар оптоволокна на самом деле осуществляет сброс данных не в месте закладки. Это «лишняя пара», которая продолжает свой путь прямо до офиса Tata в Лондоне из Нью-Джерси, чтобы свести к минимуму задержку сигнала. Кстати, о ней: Джон проверил данные о задержке сигнала, идущего по двум атлантическим кабелям; самый короткий путь достигает скорости задержки пакета данных (PGD) в 66,5 мс, в то время как самый длинный — 66,9 мс. Так что ваша информация переносится на скорости около 703 759 397,7 км/ч. Ну как, достаточно быстро?


Он описывает основные проблемы, возникающие в связи с этим: «Каждый раз, когда мы переходим с оптического на слаботочный кабель, а затем опять на оптический, время задержки увеличивается. Сейчас, с помощью высококачественной оптики и более мощных усилителей необходимость воспроизводить сигнал сводится к минимуму. Другие факторы включают в себя ограничение на уровень мощности, которая может быть отправлена по подводным кабелям. Пересекая Атлантику, сигнал остается оптическим на протяжении всего пути».


Тестируя подводные кабели


С одной стороны располагается поверхность, на которой лежит оборудование для тестирования, и поскольку, как говорится, глаза — лучший свидетель, один из техников погружает оптоволоконный кабель в EXFO FTB-500. Оно оборудовано модулем спектрального анализа FTB-5240S. Само устройство EXFO работает на платформе Windows XP Pro Embedded и оснащено сенсорным экраном. Оно перезагружается, чтобы показать установленные модули. После этого можно выбрать один из них и запустить доступную процедуру диагностики.


«Ты просто отводишь 10% светового потока из этой кабельной системы, — объясняет техник. — Ты создаешь точку доступа для устройства спектрального анализа, так что потом можешь вернуть эти 10% обратно, чтобы проанализировать сигнал».


Мы смотрим на магистрали, протянувшиеся до Лондона, и, поскольку этот отрезок находится в разгаре процесса вывода из эксплуатации, можно увидеть, что на нем есть неиспользуемый участок, появившийся на дисплее. Устройство не может более детально определить, о каком объеме информации или отдельной частоте идет речь; чтобы узнать это, приходится смотреть частоту в базе данных.


«Если вы посмотрите на подводную систему, — добавляет он, — там тоже полно боковых полос частот и всяких других вещей, поэтому можно увидеть, как устройство работает. Но при этом вы знаете, что случается смешение показаний прибора. И вы можете увидеть, не перемещается ли оно на другую полосу частоты, что понижает эффективность функционирования.


Никогда не покидавший ряды тяжеловесов систем передачи информации, универсальный роутер Juniper MX960 выступает в роли стержня IP-телефонии. На самом деле, как подтверждает Джон, у компании их два: «Нам скоро привезут всякие штуки из-за океана, и потом мы сможем запустить STM-1 [Синхронный транспортный модуль уровня 1], GigE, или 10GigE клиенты — это выполнит своего рода мультиплексирование и позволит обеспечить IP-сетями различных потребителей».


Оборудование, использующееся на наземных платформах DWDM, занимает намного меньше пространства, чем подводная система кабелей. Похоже, оборудование ADVA FSP 3000 — практически то же самое, что Ciena 6500 kit, однако, поскольку оно установлено на суше, качество электроники не должно быть высокого уровня. На самом деле, использующиеся полки аппарата ADVA — просто более дешевые версии, так как он работает на более коротких дистанциях. В системах подводных кабелей есть такое соотношение: чем дальше ты отправляешь информацию, тем больше появляется шумов, поэтому растет зависимость от фотонных систем Ciena, которые устанавливаются в месте закладки кабеля, чтобы компенсировать эти шумы.


Одна из телекоммуникационных стоек содержит три отдельные системы DWDM. Две из них подсоединены к лондонскому центру отдельными кабелями (каждый из которых проходит через три усилителя), а оставшийся ведет к центру обработки информации, расположенному в Бакингемшире.


Место закладки кабеля также предоставляет участок Западно-африканской кабельной системе (WACS). Она построена консорциумом примерно из десятка телекоммуникационных компаний и доходит до самого Кейптауна. Подводные блоки разветвления помогают разделить кабель и вывести его на поверхность в различных местах побережья африканской части Южной Атлантики.


Энергия кошмаров


Вы не можете посетить место закладки кабеля или центр обработки информации и не заметить, насколько там необходима энергия: не только для оборудования в телекоммуникационных стойкахк, но и для охладителей — систем, которые предотвращают перегревание серверов и коммутаторов. И поскольку место закладки подводного кабеля обладает необычными энергетическими требованиями из-за своих подводных ретрансляторов, резервные системы у него тоже не самые обычные.


Если мы зайдем в одну из аккумуляторных, вместо стеллажей с запасными аккумуляторами ИБП (источник бесперебойного питания — прим. Newочём) Yuasa — формфактор которых не особенно отличается от тех, что можно увидеть в машине — мы увидим, что комната больше напоминает медицинский эксперимент. Она уставлена огромными свинцово-кислотными аккумуляторами в прозрачных резервуарах, выглядящими как мозги инопланетян в банках. Не требующий технического обслуживания, этот набор аккумуляторов на 2 В с продолжительностью жизни в 50 лет в сумме дает 1600 А*ч, обеспечивая 4 часа гарантированной автономной работы.


Зарядные устройства, которые, по сути, являются выпрямителями тока, обеспечивают напряжение холостого хода для поддержания заряда аккумуляторов (герметичные свинцовокислотные аккумуляторы должны иногда подзаряжаться на холостом ходу, иначе со временем они теряют полезные свойства из-за т.н. процесса сульфатации — прим. Newочём). Они также проводят напряжение постоянного тока для стеллажей к зданию. Внутри комнаты находятся два источника электроснабжения, размещенные в больших синих шкафах. Один питает кабель Atlantic S1, другой — Portugal C1. Цифровой дисплей показывает 4100 В при силе тока приблизительно в 600 мА для атлантического источника электроснабжения, второй показывает чуть больше 1500 В при 650 мА для источника электроснабжения C1.


Джон описывает конфигурацию:


«Источник электроснабжения состоит из двух отдельных конвертеров. У каждого из них есть три степени мощности, и он может подать 3000 В постоянного тока. Один этот шкаф может питать целый кабель, то есть у нас n+1 запаса, поскольку у нас их два. Хотя, скорее даже n+3, потому что даже если в Нью-Джерси упадут оба конвертера, и еще один здесь, мы все равно сможем питать кабель».


Раскрывая некоторые весьма изощренные механизмы переключения, Джон объясняет систему контроля: «Вот так, по сути, мы это включаем и выключаем. Если есть проблема с кабелем, нам приходится работать с кораблем, который занимается починкой. Существует целый набор процедур, которые мы должны проделать, чтобы удостовериться в безопасности, прежде чем команда корабля начнет работу. Очевидно, напряжение так высоко, что является смертельным, поэтому нам приходится отправлять сообщения об энергетической безопасности. Мы отправляем уведомление о том, что кабель заземлен, а они отвечают. Все взаимно соединено, поэтому можно удостовериться в том, что все безопасно».


На объекте также есть два 2 МВА (мегавольтамперных — прим. Newочём) дизельных генератора. Конечно, поскольку все продублировано, второй — запасной. Там есть и три громадных охлаждающих аппарата, хотя, по-видимому, им необходим только один. Раз в месяц запасной генератор проверяется без нагрузки, а дважды в год все здание запускается при нагрузке. Поскольку здание также является и центром обработки и хранения данных, это необходимо для аккредитации на соглашение об уровне услуг (SLA) и международной организации по стандартизации (ISO).


В обычный месяц на объекте счет за электричество легко достигает 5 цифр.


Следующая остановка: дата-центр


В бакингемширском дата-центре существуют похожие требования к объемам резервов, хоть и другого масштаба: две гигантские колокации (колокация — услуга, заключающаяся в том, что провайдер размещает клиентское оборудование на своей территории и обеспечивает его работу и обслуживание, что позволяет сэкономить на организации канала связи от провайдера до клиента — прим. Newочём) и управляемые хостинговые холлы (S110 и S120), каждый из которых занимает квадратный километр. Темное оптоволокно (неиспользуемые для передачи данных волокна оптического кабеля, которые служат в качестве резерва — прим. Newочём) соединяет S110 с Лондоном, а S120 соединено с местом выхода кабеля на западном побережье. Там расположены две установки — автономные системы 6453 и 4755: многопротокольная коммутация по меткам (MPLS) и межсетевой протокол (IP)


Как следует из названия, MPLS использует метки и присваивает их пакетам данных. Их содержание изучать не требуется. Вместо этого решения об отправке пакета принимаются на основе содержания меток. Если вы хотите детально изучить как работает MPLS, то MPLSTutorial.com — хорошее место для начала.


Аналогичным образом, TCP/IP Guide Чарльза Козиерока — отличный онлайн-ресурс для тех, кто хочет узнать больше о TCP/IP, его различных уровнях, эквиваленте, модели взаимодействия открытых систем (OSI) и многом другом.

В некотором смысле MPLS-сеть — жемчужина Tata Communications. Поскольку пакетам могут быть присвоены метки с указанием приоритета, такая форма технологии коммутации позволяет компании использовать эту гибкую транспортную систему для обеспечения гарантий при обслуживании клиентов. Присваивание меток также позволяет направлять данные по конкретному пути, а не по динамически назначаемому, что позволяет определять требования к качеству обслуживания или даже избегать высоких тарифов на трафик с определенных территорий.


Опять же, исходя из названия, многопротокольность позволяет поддерживать разные способы коммуникации. Так, если корпоративный клиент хочет VPN (виртуальную частную сеть), личный интернет, облачные приложения или определенный вид шифрования, эти услуги достаточно просто предоставить.


На время этого посещения назовем нашего путеводителя по Бакингемшеру Полом, а его коллегу из центра эксплуатации сети — Джорджем.


«С MPLS мы можем предоставить любой BIA (защитный адрес) или Интернет — любую услугу, которую хочет клиент. MPLS кормит нашу сеть выделенных серверов, которая является самой большой зоной обслуживания в Великобритании. У нас 400 мест с большим числом устройств, соединенных в одну большую сеть, которая является единой автономной системой. Она предоставляет IP, Интернет и услуги P2P нашим клиентам. Поскольку у нее топология сетки (400 взаимосвязанных устройств), каждое новое соединение пройдет по новому пути к MPLS-облаку. Мы также предоставляем сетевые услуги: внутрисетевые и внесетевые. Провайдеры вроде Virgin Media и NetApp предоставляют свои услуги непосредственно клиентам», — рассказывает Пол.


В просторном Зале данных № 110 выделенные сервера и облачные сервисы Tata расположены с одной стороны, а коллокация — с другой. Также оборудован и Зал данных № 120. Некоторые клиенты хранят свои стеллажи в клетках и разрешают доступ к ним только собственному персоналу. Находясь здесь, они получают место, энергию и определенную среду. По умолчанию все стеллажи имеют два источника: A UPS и B UPS. Каждый из них идет по отдельной сети, проходя через здание по разным маршрутам.


«Наше оптоволокно, которое идет от SLTE и Лондона, заканчивается здесь», — рассказывает Пол. Указывая на стеллаж с набором Ciena 6500, он добавляет: «Возможно, вы видели похожее оборудование на месте выхода кабеля на сушу. Вот это берет основное темное оптоволокно, входящее в здание, а затем распределяет его по DWDM-оборудованию. Сигналы темного оптоволокна распределяются по разным спектрам, и затем оно идет к ADVA, после чего раздается клиентам. Мы не позволяем клиентам подключаться к нашей сети напрямую, поэтому все сетевые устройства заканчиваются здесь. Отсюда мы распространяем нашу связь.

часть 1 - часть 2

Tags: интернет
Subscribe

Posts from This Journal “интернет” Tag

promo luckyea77 june 21, 2015 20:04 27
Buy for 10 tokens
В этой записи я буду давать ссылки на посты с лекциями и уроками в этом блоге: Учебные материалы и тесты: Дистанционное образование Правила дорожного движения 11 ресурсов для бесплатного образования Сайты для обучения программированию Игры, в которых нужно писать код: Grid Garden, Elevator…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments