luckyea77 (luckyea77) wrote,
luckyea77
luckyea77

Искусственный интеллект уже давно стал не далеким будущим, а осязаемым настоящим



Управляющий директор Google Россия Дмитрий Кузнецов рассказал о перспективах Google Ассистента в нашей стране, «инъекции» искусственного интеллекта в традиционные инструменты, поддержке отечественных стартапов и дефиците смартфонов Google в московском офисе корпорации.

— Google — одна из крупнейших технологичных корпораций в мире, но у большинства интернет-пользователей ваша компания ассоциируется, в первую очередь, с поиском и почтой. Какие три продукта, помимо почты, поиска и YouTube, вы считаете приоритетными в России?

— Если говорить о пользовательских продуктах, то умный персональный помощник Google Ассистент, который мы представили в России в этом году. Ассистент не простой продукт, а интерфейс, объединяющий разные сервисы Google и сторонних производителей. Эта среда, аккумулирующая привычные и знакомые решения, но реализующая их по-другому, а также дополнительные функции.

Все становится проще: с «Ассистентом» вы не только сможете найти что-то в поисковике, но и написать сообщение в WhatsApp, запустить любимую песню на Google Музыке, поставить напоминания и так далее, не открывая лишние вкладки. И со временем функционал будет только расширяться.

Специально для «Ассистента» мы запустили открытую платформу Actions on Google, на которой любой производитель может запустить свои инструменты и продукты и сделать их доступными для пользователей. Наш новый продукт — квинтэссенция того, что мы делаем для пользователей.

— А самые перспективные из коммерческих продуктов?

— В последние годы мы провели много перезапусков и ребрендингов известных продуктов. Например, Google AdWords локализовалась в Google Реклама, получив новые функции и измерения. Например, теперь вы можете запустить рекламную кампанию по двум-трем параметрам, точно попадая по таргетированной аудитории в один клик благодаря искусственному интеллекту, который просчитает параметры куда точнее вас. И другие продукты тоже стали совершенно иными по сути благодаря новым внедрениям.

— Как именно вы используете технологии машинного обучения и искусственного интеллекта в ваших традиционных продуктах? И как изменились ваши сервисы с их внедрением?


— Искусственный интеллект уже давно стал не далеким будущим, а осязаемым настоящим. Мы видим три результата внедрения ИИ: во-первых, наши прежние продукты теперь функционируют иначе; во-вторых, существовавшие продукты открывают новый аспект использования; в-третьих, это базис для создания новых продуктов.

25 лет назад, когда я учился на переводчика, думал, что компьютеры и программы не смогут работать эффективно. При запуске Google Переводчик переводил по словам, потом научился переводить фразы и предложения. Теперь же, благодаря машинному обучению и нейросетям, алгоритм перебирает огромное количество вариантов и дает точный перевод, учитывая контекст: если перед нами технический язык — перевод один, а если художественный — другой. Перевод становится точнее, поиск функционирует иначе, выдача рекомендованных видео в YouTube использует новые алгоритмы благодаря ИИ.

Наши технологии обретают новый потенциал. Функция Google Просмотр Улиц существует много лет. А теперь представьте, что ИИ прочитает все вывески и указатели на всех панорамах? И вот вы хотите заказать столик в ресторане на вечер понедельника, а система подскажет, что в понедельник ресторан закрыт. Это открывает колоссальный горизонт возможностей.

Наконец, новые продукты. «Ассистент» работает с системой распознавания и синтеза речи, и в некоторых ситуациях уже распознает точнее, чем люди. То же самое с системой распознавания лиц, которая у компьютеров теперь иногда даже точнее, чем у людей. Все три направления ИИ уже активно используются. В прошлом году у нас было около четырех тысяч проектов с привлечением машинного обучения, их количество растет. Я думаю, теперь в Google не осталось ни одного продукта, работающего без участия ИИ.

— При этом вы открыли доступ к программной библиотеке для машинного обучения TensorFlow и виртуальной платформе Cloud Platform для любого стороннего пользователя. Зачем?

— Мы создали технологии, которыми свободно пользуются сторонние организации и компании. Наш интерес заключается в том, чтобы технологии начали использовать максимально широко. Проведу аналогию с Google Play: магазин приложений принадлежит нам, а все, что находится в нем — разработчикам. И чем больше приложений в Play, тем выгоднее нам.

Наш интерес заключается в том, чтобы технологии начали использовать максимально широко.

— И кто именно использует сегодня возможности вашего ИИ? Какие проекты уже запущены?

— TensorFlow и Cloud Platform могут использовать как индивидуальные предприниматели или обычные студенты, так и крупные корпорации, например, Boeing, или международные организации, защищающие морские биоресурсы. С некоторыми мы сотрудничаем. Так, в Британии работаем с медучреждениями, борющимися с раком или диабетом. При диабете вероятность проблем со зрением у человека в 15 раз выше, чем у других людей. Но врачи не всегда могут распознать симптомы на ранних стадиях, а технологии ИИ анализируют фотографии глаз и помогают врачам эти симптомы выявить.




В Амазонии ИИ борется с вырубкой лесов, которая казалась неразрешимой проблемой: активисты взяли простейшие смартфоны на Android, оснастили солнечными батареями и динамиками. Индейцы развесили смартфоны по деревьям, создав огромный эхолот, который фиксирует звук бензопилы или двигатель лесовоза. Как только телефон слышит браконьеров, тут же сигнализирует в полицию, и они оказываются на месте за минуты.

Или, например, кейс с огурцами — один из первых в проекте. Инженер из Японии, работавший над ИИ, использовал его в помощь своим родителям. Родители выращивали огурцы и продавали в местную розничную сеть. Но у магазина были жесткие требования: огурцы должны быть длинными, гладкими, прямыми. Чтобы отобрать нужные, тратилось много времени. Программист взял камеру, натренировал ИИ на правильных и неправильных огурцах, и теперь овощи сортируются автоматически.

Этот же самый ИИ позволил нам сократить энергопотери в дата-центрах Google на 30%. Вот пример того, что граница от великого — борьбы с диабетом — до очень рядовых вещей, как огурцы, невелика, и ИИ может быть полезен и там, и здесь. Главная проблема ИИ в том, что, к сожалению, не так много пользователей могут профессионально им воспользоваться: им не хватает знаний и понимания технологии.

— Рассмотрим еще один аспект работы Google — стартапы. Не секрет, что корпорация часто покупает проекты на начальной стадии. Один мой друг — основатель стартапа Friendly Data — заметил: «Обычно стартапы покупают, чтобы не допустить...»

— Да-да, появления конкурента. Известная теория заговора.

— А в Google как оценивают стартапы? И как взаимодействуют с ними?

— Мы, будучи разработчиками платформ и инструментов, максимально заинтересованы в успехе стартапов. Простая статистика: по данным IDC в 2017 году на iOS приходилось 14-15% пользователей смартфонов в мире, а на Android — около 85%. Сегодня каждый может запустить свой уникальный проект на платформе Android. Чем успешнее окажется он, тем успешнее окажемся мы, вот почему мы заинтересованы в максимальном количестве удачных проектов. Неудивительно, что мы активно занимаемся тем, чтобы помочь локальным компаниям, местным стартапам выйти на международный рынок.

— И как именно вы их поддерживаете?

— MyTona — компания разработчиков из Якутска, одна из звезд Google Play и не только — начинала с того, что делала игры для местного рынка. Мы их заметили. Студия поработала с продакт-специалистами Google Play. Вместе они проанализировали продукт и поняли, что могут запускать подобные игры для европейского и азиатского рынков, после чего команда начала масштабировать релизы. Наша задача заключалась в том, чтобы рассказать о специфике мобильных игр, психологии пользователя, аспектах законодательства. Кроме того, наши специалисты помогли разобраться в том, как приложение может попасть во внутренние рейтинги Google Play. Результат не заставил себя ждать — игра «Записки Искателя» вошла в топы кассовых рейтингов магазинов приложений в США, Великобритании, Канаде и в странах Евросоюза (по данным AppAnnie).

— Как стартапы могут сотрудничать с Google?

— Во-первых, для специализированных проектов у нас есть внутренний отдел, который работает с наиболее перспективными проектами hand to hand. Эти проекты мы находим сами.

Во-вторых, мы активно проводим различные курсы и семинары, участникам которых часто оказываем персонифицированную поддержку. Например, у нас есть глобальная программа Google Launchpad Accelerator — она рассчитана на полгода и включает в себя двухнедельное интенсивное обучение в Сан-Франциско, а также консультации экспертов более чем 30 команд Google, специалистов ведущих технологических компаний и венчурных фондов Кремниевой долины и мира. В 2017 году компании из России впервые присоединились к отбору в Launchpad Accelerator, и сразу два проекта — App in the Air и Voximplant — прошли в программу.

Есть и другие конкурсы, например, Google Play Indie Games Contest. В последний раз, зимой 2018 года, в финал в Лондоне вышли два российских инди-разработчика — студия Furyjam с игрой Core и студия FiftyTwo с игрой Kensho. Они не только прошли в топ-20 участников конкурса, но и смогли представить свои проекты перед профессиональным жюри в Лондоне.

Успех таких проектов становится и нашим успехом. Таким образом, мы заинтересованы не в изолировании стартапов, а в их расширении и развитии.

Мы заинтересованы не в изолировании стартапов, а в их расширении и развитии.

— Как хорошо, что вы упомянули слово «изоляция». Осенью прошлого года Совбез РФ поручил подготовить проект создания «независимого интернета» в странах БРИКС, что обернется тотальной фильтрацией трафика россиян. Эксперты полагают, что это может нанести сильный удар по российской интернет-отрасли и обернется снижением сетевой активности. Как это может сказаться на деятельности Google и что вы тогда предпримете?

— Я полагаю, не очень правильно рассуждать на эту тему, потому что проблема пока носит умозрительный характер. Единственное, что стоит подчеркнуть: мы соблюдаем применимое к нам законодательство.

— Давайте продолжим тему законов. Одной из самых обсуждаемых тем IT-индустрии последнего года стала программа «Цифровая экономика России», предполагающая развитие инфраструктуры, цифровизацию госуслуг и здравоохранения. Насколько реалистичными вам кажутся заявленные в программе цели и задачи?

— Очень хорошо, что руководство государства обратилось к этой теме настолько фундаментально. Если мы правильно понимаем заявленные показатели, изложенные в документах, то основной целью является создание некой экосистемы — институтов, повышающих конкурентоспособность России в цифровом мире. С точки зрения целей, безусловно, это выглядит разумно, и мы их приветствуем.

Если же говорить о путях реализации, то пока недостаточно фактуры, чтобы сказать: насколько реалистично исполнение, можно ли достичь целей, или нет. Но предпосылки у России есть — как в лице специалистов, так и на примере успешных технологических компаний международного уровня.

Если посмотреть на цифры, то, например, сейчас мобильная экономика в России составляет $48,2 млрд — 3,8% ВВП. Уже сегодня этот сектор экономики создал 1,2 млн рабочих мест, и, по прогнозам, в течение последующих пяти лет их будет создано еще 430 тысяч.

Мы как компания, не чуждая ни цифровому миру, ни России, также принимаем участие в цифровой трансформации России.

— Как именно Google участвует в этом?

— Как компания, мы чаще всего нацелены на предоставление рынку и пользователям не только конечных продуктов, но и платформ. Android — это не закрытый продукт, на нем каждый может выступить девелопером. YouTube, Chrome, Tensor Flow (фреймворк для машинного обучения) — это тоже платформы.

Кроме того, мы активно занимаемся евангелизацией технологий в целом, проводим обучающие программы. Во многих странах мы делали узкотематические курсы исходя из реальных проблем страны. Например, в Испании и Португалии, где высока безработица, проводили интенсивы для молодых людей по обучению новым цифровым специальностям — маркетологи, цифровые продажи; в Германии, где стоит проблема со сбытом продукции, учили предпринимателей реализовывать экспортный потенциал с применением цифровых технологий. В России наш подход шире.

— И какие трудности, препятствующие масштабированию и развитию бизнеса Google, вы выявили в России? И как решили с ними бороться?

— У нас не было задачи проводить комплексную диагностику российской экономики, у нас иной подход: во-первых, Google интересуют проблемы; во-вторых, проблемы, которые возможно решить; в-третьих, те проблемы, где мы можем внести свой уникальный вклад в их решение. На последних мы и делаем акцент.

Два года назад мы пришли к выводу, что одной из главных проблем в России, в решении которой мы можем быть полезными, является слабое развитие малого и среднего предпринимательства, а бизнес-модель Google носит рекламный характер: чем больше рекламодателей — тем лучше для нас. Наш интерес в стимулировании предпринимательской деятельности, сектора малого и среднего бизнеса.

Так у нас родилась идея программы «Бизнес класс», запущенной совместно со Сбербанком. Она стартовала в Татарстане и прошла очень успешно, после чего при поддержке правительства России мы масштабировали проект на 46 регионов. На «Бизнес класс» зарегистрировалось 290 тысяч человек.

— В чем суть программы? Насколько вы довольны ее итогами?

— «Бизнес класс» имеет два направления: для тех, у кого уже есть бизнес (это четверть участников), и тех, кто только собирается запустить бизнес или делает первые шаги. Программа серьезная: касается таких аспектов, как управление финансами, налоги, бизнес-процессы, привлечение сотрудников и, конечно, реклама. Мы привлекаем профессиональных предпринимателей, которые выступают и как спикеры, и как наставники в офлайн-моделях, где слушатель может обсудить с экспертом свою компанию, свой бизнес.

А если говорить об итогах программы… Помимо софт-метрик — количество участников, число «выпускников», рекомендовавших курс своим знакомым, — есть и хард-точки: 56% выпускников программы из числа действующих предпринимателей отметили значимые позитивные изменения, напрямую связанные с программой (рост выручки, прибыли, появление новых клиентов).

В Сбербанке программу назвали «мини-МВА», хоть мы официально ее так не позиционируем. Но вывод очевиден: у нас действительно получился всеобъемлющий проект.



Рекламный ролик программы «Бизнес класс»

— Какие любимые кейсы можете привести в качестве примера?

— У одной нашей предпринимательницы муж работал в фирме, а на досуге чинил лодки. Однажды они решили уволиться и заняться лодками вплотную. Вначале бизнес не пошел, а после женщина прошла наш курс. В результате она освоила инструменты маркетинга, научилась находить клиентов через интернет, наняла дополнительных сотрудников, и за полгода бизнес прибавил 30%.

И отзывы самой предпринимательницы, и реальные цифры ее бизнеса доказывают связь большинства успешных историй с тем, что она узнала в рамках курса, его практическую значимость.

— Какие еще проблемы в корпоративном секторе России вы видите сегодня?

— Несмотря на наличие в России технологических чемпионов — не в каждой стране есть свой собственный поисковик, такое количество музыкальных сервисов или такси — на уровне повседневного, малого предпринимательства есть огромная дыра, которую нужно заполнять. Например, многие организации никак не представлены в интернете — более чем у половины (53%) компаний в российском сервисе Google Мой бизнес нет сайта. Я не представляю, как они находят клиентов: по старинке расклеивают объявления, обзванивают клиентов или пользуются старыми связями? Кто-то пытается поддерживать страничку «ВКонтакте», но плохо представляет, какую пользу может принести качественное представление в интернете. И даже крупные компании, имеющие веб-страницы, даже те, кто работает в ритейле и постоянно общается с конечными потребителями, свои цифровые активы продвигают старыми инструментами.

Повсеместная цифровизация экономики — объемная задача, и вклад в нее может внести не только Google, но также другие цифровые игроки — MailRu, «Яндекс», Rambler.

Многие организации России никак не представлены в интернете.


— К слову, про сайты. Год назад в рамках проекта Google Мой бизнес вы запустили сервис по созданию сайтов-визиток для бизнеса. Насколько успешно он зашел в России?

— В России им воспользовалось несколько сотен тысяч компаний, но это не предел: сервис мы еще не продвигали как следует. В России с созданием сайтов действительно наблюдается проблема: у Google есть российские партнеры, специализирующиеся на создании веб-страниц. И судя по их статистике, на подобные услуги в России колоссальный спрос. Может быть, потому, что у бизнеса недостаточно знаний или на рынке недостаточно сервисов-разработчиков — не знаю. Наш продукт помогает создать сайт-визитку вашего магазина или другого бизнеса за 10 минут, даже со смартфона, и бизнес тут же станет доступен и на картах, и в поисковике.

— Вы упомянули, что «Бизнес класс» запустили вместе со Сбербанком. А с другими российскими компаниями вы сотрудничаете?

— Мы всегда считали, что правильно партнериться. В одной сфере мы можем конкурировать, а в другой — сотрудничать. Поэтому в России мы работаем со многими компаниями, в том числе с «Яндекс», MailRu. Например, MailRu имеет мощный игровой бизнес, а у нас есть Google Play — глобальный сервис по распространению приложений и игр. Мы помогаем выходить и завоевывать международный рынок, и не только MailRu.

— Вы сказали, что предоставляете в России платформы и инструменты. А почему нет ваших реальных продуктов, которые можно пощупать: телефонов, умных колонок, беспилотников, в конце концов? Я верно понимаю: Google не рассматривает Россию как рынок потребления харда?


— Наша компания и в плане обучения, и в плане бизнеса всегда старается оценить, насколько релевантны, востребованы будут в регионе продукты, насколько сложно реализовать тот или иной сервис. С тем же «хардом» надо организовать логистику, дистрибуцию, к чему мы пока не готовы. И если видим, что в России, например, голосовой поиск будет воспринят лучше, что здесь произойдет качественное изменение быстрее, чем в другом месте — то запускаем раньше. Например, голосовой поиск в России запустили первой волной, сразу после английского — языка разработки, который стоит по умолчанию.

Google Pixel на сегодняшний день представлен всего в шести странах. Даже в нашем офисе я со своим гугловским смартфоном, скорее, в меньшинстве: у нас многие ходят с iPhone, Samsung или Huawei. Каждый выбирает, что ему нравится. Говорить о беспилотниках вообще пока не приходится: это не бизнес, а только эксперимент, для которого даже законодательная база в России не готова.


— Для криптовалют законы в России тоже не были готовы. Невзирая на это, многие стали майнить, и сотни компаний готовили ICO (правда, преуспели не все). Если в России криптовалюты будут легализованы, Google снимет запрет на рекламу крипты и ICO?

— Мы всегда соблюдаем местное законодательство. Но помимо законов, у нас есть внутренние политики, которые зачастую куда строже законов той или иной страны. Да, согласно внутренним политикам, мы пока запретили рекламу криптовалют и связанного с ними контента. Но, если я не ошибаюсь, глобально эта тема мало где проработана.

— Не могу с вами согласиться: статус биткоина определен в Японии, Швейцарии, процедура ICO определена в некоторых других странах...

— Когда мы будем видеть, что в большинстве стран статус криптовалют определен, тогда, возможно, наша позиция изменится.

— Наконец, заключительный вопрос. Не так давно стало известно, что все сотрудники Google в Штатах используют аппаратные токены при авторизации. В России тоже? Какие системы и стандарты безопасности вы применяете в России?

— По всей видимости, многочисленные сравнения с Apple порождают такие вопросы. Наш главный подход: что мы даем клиентам, то применяем и сами.

Я использую двухфакторную аутентификацию, как мы предлагаем всем пользователям Google. Токены — один из вариантов ее исполнения, но не единственный. Да, не так давно в Штатах мы запустили продажу наших токенов. У меня он был какое-то время назад, но сейчас я использую другой вариант двухэтапной аутентификации. Как видите, никакой теории заговора нет, и разоблачений не будет.

Tags: интервью, искусственный интеллект
Subscribe

Posts from This Journal “интервью” Tag

promo luckyea77 june 21, 2015 20:04 27
Buy for 10 tokens
В этой записи я буду давать ссылки на посты с лекциями и уроками в этом блоге: Учебные материалы и тесты: Дистанционное образование Правила дорожного движения 11 ресурсов для бесплатного образования Сайты для обучения программированию Игры, в которых нужно писать код: Grid Garden, Elevator…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments