luckyea77 (luckyea77) wrote,
luckyea77
luckyea77

Categories:

Глава Минкомсвязи Константин Носков подвел первые итоги нацпрограммы "Цифровая экономика" (часть 2)

Часть 1 Часть 2


Константин Носков: Кассовое исполнение нацпрограммы «Цифровая экономика» сейчас составляет около 20%, но по итогам 2019 года достигнет примерно 85%

Александр Левашов: Сегодня много говорится о том, что эффективная цифровизация госсектора невозможна без применения современных методологий, например, Agile. В связи с этим адресую вопрос к ключевым подрядчикам государственных цифровых платформ: генеральному директору компании «РТ Лабс» Максуту Шадаеву и директору НИИ «Восход» Андрею Бадалову. Как поменялись, с вашей сточки зрения, подходы к производству в сфере госИТ? Меняются ли требования ведомств к ИТ-подрядчикам?

Андрей Бадалов: Действительно, реализуется масштабная программа, и она фактически уже имеет результаты, о которых сказал Константин Юрьевич. Одновременно с достижением конкретных прикладных результатов государство поставило задачу найти способы внедрения некоторых общесистемных подходов, которые обеспечат возможность переиспользования создаваемых компонент и которые сделают процессы проектирования понятными. То есть которые, по сути, создадут рынок.

Это очень важно. Потому что речь не идет о зарегулировании тех или иных вопросов, а именно о создании рынка, в котором каждый участник будет чувствовать себя комфортно, каждому будут понятны правила игры рынка разработчиков программного обеспечения, рынка разработчиков системной аналитики, бизнес-аналитики. Речь идет о том, что люди будут понимать, в какую экосистему они вписываются, какого результата от них ждут.

В этом плане НИИ «Восход» ведет ряд больших системных работ. Понятно, что этот год был непростым. Много было процессов с точки зрения регулирования, согласования. Но, в конечном счете, мы вышли на постановку задач по единой технологической архитектуре, по единой среде разработки. Это прозвучало на высоком уровне председателя правительства Российской Федерации, в том числе, на соответствующей правкомиссии.

Мы вышли на понимание проблем, связанных с национальной системой управления данными, сформулировали понятия и основные концептуальные базисные вопросы по государственной облачной платформе. И это все является основой для построения и быстрого движения вперед с целью получения конкретных результатов для людей. А также того, чтобы мы смогли обеспечить возможность наращивания этого движения.

В этих базисных вопросах, конечно, есть и сложности. Например, есть разные трактовки того, о чем я сейчас говорю. Так, единая технологическая архитектура подразумевает, что мы всех заставим делать одно и то же, все будем типизировать и тем самым наносить урон той или иной специфике. Нет, это не так. Мы планируем это делать в кооперации с сильными подрядчиками для того, чтобы сформулировать комфортную среду по архитектуре.

То же самое - по единой среде разработки. Ведь мы с вами прекрасно знаем ситуацию, сталкиваемся с этим практически постоянно, работая с нашими заказчиками: когда работа завершается, результаты – сам программный код - положены на полку, а ИТ-система как-то работает. Когда наступает необходимость ее модернизации, возникает вопрос, связанный с внесением тех или иных изменений. И возникает вопрос: где подрядчик? В каком качестве этот исходный код был передан? Какого качества документация? Это влечет очень много проблем.

А мы хотим избежать этих проблем, внедрив подход в рамках единой среды разработки и договорившись с крупными игроками. Именно с крупными: с мелкими проще договариваться, у них более гибкие подходы. Но, договорившись с крупными игроками, всем играть по этим правилам. Я вас уверяю, это получается. Люди слышат и готовы работать по этой схеме.

Константин Носков: Добавлю, что это полезно не только пользователю, у которого код лежит мертвым грузом. Это полезно так же и разработчикам, которые смогут из библиотеки брать кусочки решений и оптимизировать стоимость проекта.

Андрей Бадалов: Действительно, мы хотим сосредоточить творческие возможности разработчиков не на рутинных вещах, которые уже сделаны, ведь нам не хватает именно новых прорывных вещей. Надо этим заниматься. И я обращаю внимание в этом контексте, что мы говорим не только о программировании как о кодировании процесса. Мы говорим о полном цикле разработки систем.

В начале этого цикла, как вы знаете, есть описание бизнес-архитектуры. И мы хотим сюда тоже внедрить инструментальные средства, чтобы результаты описания этой бизнес-архитектуры, процессов деятельности были структурированы. По сути, мы говорим не только о национальной системе управления данными, но и национальной системе управления знаниями. Знания – это есть высшая ценность с точки зрения управления. Научиться структурировать эти вопросы и обеспечить преемственность с учетом уровня того или иного человека из организации - это для нас крайне важно, этим мы занимаемся.

Тема Agile. Эта тема активно обсуждается. Понятно, что это современные способы разработки, когда, действительно, очень оперативно принимаются соответствующие решения. В структуре Agile-разработки задействованы и пользователи, и бизнес-аналитик, и системный аналитик, и программист. Это дает свой результат, в этом нет сомнения. Но при этом еще раз обращаю ваше внимание, что та часть, которая требует именно фиксации и описания процессов деятельности, структурирования, - она должна быть четко и понятно описана. Чтобы она после завершения Agile-разработки, когда люди поработали, получили результат и ушли, мы не остались в вакууме. Чтобы было понятно, как его дальше развивать. На мой взгляд, надо совмещать оба подхода: Agile-разработку с некоторыми классическими подходами, особенно, в части больших систем национального масштаба, которые предполагают функциональную разработку и фиксацию определенных результатов.

Константин Носков: Те задачи, о которых рассказал Андрей Юрьевич, сейчас активно реализуются. Поэтому призываю: поскольку в зале находится много заинтересованных людей, тех, кто хочет поучаствовать в решении этих задач, милости просим - «Восход» сейчас активно расширяется и ждет профессионалов.

Андрей Бадалов: Константин Юрьевич прав. Я хочу, чтобы меня услышали: мы должны создавать именно экосистемы, то есть открытые платформы для взаимодействия с рынком, с базисными разработчиками. Мы, действительно, очень активны сейчас во взаимоотношениях с партнерами с точки зрения именно общесистемных вопросов: технологическая архитектура, среда разработки, система управления данными и дальше вопросы, связанные с перспективными сквозными технологиями, все ведь сильно взаимосвязано.


Максут Шадаев: Без постоянного пересмотра процессов, без понимания, где возникает проблема и без расшивки этой проблемы, добиться результата не удастся

Максут Шадаев: Замечу, что Agile здесь не сильно прорастает… Эта методология прорастает от заказчика, в том смысле, что применительно к госуслугам появляются некоторые метрики, например, по сокращению срока предоставления услуги, снижению количества отказов, увеличению доли электронных обращений и т.п. Если у тебя эти метрики из год в года меняются, ты вынужден постоянно перестраивать процесс.

Условный пример: создали на портале одну форму, а потом ты понимаешь, что она не заполняется в пять кликов, в соответствии с базовым требованием. Или человек отправляет эту форму и получает отказ в регистрации, потому что часть проверок, которые перенесли в бэк-процессы, там и завершаются без подтверждения, что выясняется через несколько дней. Понятно, что по этой причине эти проверки переносятся на фронт-процессы, чтобы процессы отправки или не отправки формы завершались корректно. И это постоянно происходит.

Речь идет о ключевом условии: предъявлять жесткие метрики по оптимизации процесса оказания услуги или сервиса, и эти метрики каждый год должны пересматриваться в сторону усиления. И здесь без постоянного пересмотра процессов, без понимания, где возникает проблема и без расшивки этой проблемы, добиться результата не удастся.

Надо постоянно совершенствовать услугу. А как бывает? Услугу реализовали, вот только регламент остался прежним - 30 дней. А в этой услуге участвует важный документ, много денег было вложено в ИТ-инфраструктуру, в организацию ведомственных и межведомственных взаимодействий. А регламент остался прежний… По факту документ можно подготовить значительно быстрее, но устаревший регламент в этом смысле - это жесткий каркас, который мешает развитию услуг. Конечно, есть ведомства, которые очень активны, которым настроены на улучшения обслуживания, которые сами стремятся демонстрировать прогресс. Но в национальной программе написано, что абсолютно все обращения к 2024 году должны обрабатываться в электронном виде, в принципе не предполагается очного визита в офис ведомства.

Константин Носков: Возьмем на себя повышенные обязательства: по факту стремиться к большему. Это как соревнование.

Максут Шадаев: Да. Представьте, что мы сделали электронную форму, а люди по-прежнему ходят в МФЦ. В этом смысле это очень серьезная история: любой онлайн-канал будет конкурировать с офлайном. В МФЦ сейчас очень комфортно: 15 минут – требование к сроку ожидания, и кофе нальют, если ждешь дольше. Настолько электронное обслуживание должно быть удобнее и проще, чтобы человек не ходил в этот чудесный МФЦ, к которому он привык, и где за него все необходимые действия сделают? Вот в этом - самый главный драйвер развития электронных услуг.

Второй драйвер связан с задачей создания супер-сервисов. Изначально никто точно не представляет, какое нужно окно интерфейса. Понятно, что задумываются какие-то мощные программные блоки, приемы, помогающие супер-сервис запустить. А в итоге после всех доработок придут к совсем другой конфигурации.

Андрей Бадалов: Мы супер-сервисами тоже занимались. С точки зрения «идеологии» разработки, получилось, что полезнее поменять процессы, в частности, быстрее обмениваться опытом. Традиционно разработчики стремятся побыстрее начать прорисовывать экранные формы, а нужно лучше продумать, как должен выглядеть результат. Мы с самого начала стали обсуждать это с пользователями - с обычными людьми - и это перевернуло процесс разработки.

Максут Шадаев: Мы - «РТ Лабс» вместе с ЦБ - запустили первый супер-сервис. И уже понимаем, что это всего 20% от нашей целевой модели. Еще очень много надо совершенствовать, чтобы он стал удобным и простым настолько, чтобы обеспечить массовое использование. Результат есть, но мы в начале пути. Каждый супер-сервис – это постоянная система правки.

Александр Левашов: Интересен ваш прогноз: когда мобильные приложения станут настолько совершенными, что люди перестанут ходить в МФЦ? Когда подавляющее количество населения будут пользоваться электронными услугами? В каком году?

Константин Носков: Нельзя указать точку отсечения. Это процесс, который идет сейчас и будет продолжаться дальше. Говорите, что в Москве в МФЦ даже кофе наливают после 15 минут ожидания? Но Москва – это далеко не вся страна. Это то, о чем говорила Елена Львовна: человек не делает электрокардиограмму потому, что для этого ему надо ехать в районный центр, день потратить. А это уже права граждан. Устраняя этот цифровой разрыв, мы фактически обеспечиваем права граждан на медицинское обслуживание. Это не спор между электронными услугами и МФЦ, это конституционные права граждан, которые мы реализуем с помощью цифровизации и интернета.


Константин Носков: У нас не появилось структуры, которая называется GovTech. Но, тем не менее, мы идем планомерно к тому, чтобы функции, которые эта организация должна выполнять, развивались

выполнять, развивались

Максут Шадаев: Но они конкуренты в определенном смысле?

Константин Носков: Да, конкуренция есть.

Андрей Бадалов: С одной стороны, да, конкуренция. А, с другой стороны, это проникновение технологий. В том смысле, что МФЦ начинают пользоваться электронными технологиями, в том числе, для собственных процессов. На самом деле оператор МФЦ всегда будет использовать часть технологий, которые разрабатываются в рамках супер-сервиса.

Константин Носков: Когда мы с министерством экономики этот вопрос обсуждаем, мы принимаем эти два аспекта как две стороны одной медали.

Елена Бойко: Я думаю, точку в этой теме мы никогда не поставим. Краткий ответ на ваш вопрос: никогда. Это как здоровый образ жизни: нельзя сказать: ну, все, я достиг здорового образа жизни, галочку поставил, и завтра можно взяться за старое. Вот сейчас идут споры: мобильное приложение или МФЦ? А через пять лет мы наверняка будем думать: хм, мобильное приложение? Зачем мне мобильное приложение? Сделайте так, чтобы это все само собой крутилось.

Константин Носков: Еще один аспект. Мы гордимся, что у нас самый посещаемый госпортал в мире – миллиарды транзакций. Это, правда, так, и это хорошо. Бесспорно, позитивно. Но, с другой стороны, это свидетельствует, в том числе, о том, что мы заставляем граждан миллиарды раз обращаться к государству. Идеальная ситуация - это как раз супер-сервисы и проактивная позиция. Я слышал, что при рождении ребенка около 20 раз контакт с государством происходит. Мы можем человека заставить 20 раз или 50 раз пообщаться с государством и при этом оказать ему все эти услуги в онлайне в электронном виде. Но в идеале …

Максут Шадаев: Ввел имя и – вот твои пособия и все остальное.

Александр Левашов: Вопрос к Константину Юрьевичу. В мае 2019 г. вы выступали на правкомиссии и сформулировали основные условия , так называемого цифрового прорыва. Они включали в себя три основных пункта: расширение полномочий министерств по аудиту информационных систем и регулирование оборота данных, затем - особый порядок госзакупок в сфере ИТ и, наконец, центр компетенции по цифровой трансформации, аналог сингапурской организации GovTech. Тогда же по итогам этой правкомиссии были даны поручения по реализации инициатив. В каком состояние они сейчас? Ждать ли нам в следующем году реальных результатов?

Константин Носков:Результаты уже есть. Частично мы об этом уже поговорили. Но не могу сказать, что на данный момент принята вся нормативка по закупкам в сфере ИТ. Этот вопрос двигается не так хорошо, как хотелось.

По поводу создания российского GovTech. У нас не появилось структуры, которая называется GovTech. Но, тем не менее, мы идем планомерно к тому, чтобы функции, которые эта организация должна выполнять, развивались. И, в частности, Андрей Юрьевич рассказывал о том, что делается «Восходом» по созданию универсальной платформы, единой среды, единых стандартов, единых правил. Мы рассматриваем это как главный функционал организации, поддерживающей архитектурную конструкцию. Процессы идут. К сожалению, самый застрявший вопрос – закупки. Здесь мы работаем.

Александр Левашов: В чем заключаются основные противоречия?

Константин Носков: Вы знаете, что наши ФЗ-44, ФЗ-223 – это глыбы, из которых тяжело сделать какие-либо изъятия, или что-то изменить. Поэтому идет дискуссии.

Александр Левашов: В следующем году дискуссии завершите?

Константин Носков: Очень надеюсь, конечно.


Андрей Бадалов: Надо совмещать оба подхода: Agile-разработку с некоторыми классическими подходами, особенно, в части больших систем национального масштаба, которые предполагают функциональную разработку и фиксацию определенных результатов

Александр Левашов: И тогда закупки в сфере ИТ станут… какими? Если вы проведете те изменения, которые хотите провести?

Константин Носков: Быстрыми. Их можно будет проводить быстро. Можно будет заключать долгосрочные контракты с производителями. Потому что сейчас проблемы связаны с тем, что каждый год мы проводим конкурсы, понимая зачастую, кто будет выигрывать. В числе прочего, и потому, что у нас мертвый код лежит, и заказчик не знает, что с ним делать. Но процесс этот непростой…

Максут Шадаев: Даже не столько сама процедура закупки сложная. Контракт, который государством обеспечивается, фиксированный. Требуется четко формализовать результат всей работы, полностью, до нюансов. Эта форма точно не подходит. Скажем, многие международные компании работают по человеко-часам, оплачивая компании, условно говоря, реализацию короткими спринтами. К сожалению, нам это полностью недоступно. Цена, объем и требования к результату. Точка. А дальше складывается так: на этапе проработки выяснилось что-то, чего не было предусмотрено при начальной постановке, и все. Полный коллапс.

Константин Носков: Часы не работают в нашем ФЗ-44. Когда я составляю технико-экономическое обоснование, мне же дают зарплату по данным Росстата, и я должен нанять программистов за 60 тыс. рублей. Понятно, что на рынке их нет. И начинается известная история, когда компания рисует себе штат, но по факту все понимают, что это именно «нарисовано».

Максут Шадаев: Минфин, вроде бы, ввел разовые расценки для разработки. Но при этом требования к ТЗ и контракту остались теми же самыми. Ну, как я могу оплатить человеко-часы как заказчик или подрядчик, и при этом объем работ у меня должен быть строго формализован и конкретно оценен?

Константин Носков: Когда через год вы пригласите меня на саммит и спросите об итогах этой работы, я расскажу, как все получилось.

Андрей Бадалов: Что касается разработки типовых требований, то единая среда разработки будет в какой-то степени гарантировать, что даже в рамках того гибкого механизма, который планируется, будет достигнут результат, который потом можно будет переиспользовать.


Константин Носков: Госзакупки ИТ можно будет проводить быстро. Можно будет заключать долгосрочные контракты с производителями. Потому что сейчас проблемы связаны с тем, что каждый год мы проводим конкурсы, понимая зачастую, кто будет выигрывать

Елена Бойко: Вы и есть наш GovTech!

Андрей Бадалов: У нас хорошее доброе название. Институту 23 ноября исполнилось 47 лет. Надо беречь то, что было сделано, и хорошо работало.

Александр Левашов: Спасибо участникам обсуждения за интересную дискуссию.

Источник

Часть 1 Часть 2

Tags: Россия, программа, технологии
Subscribe

Posts from This Journal “программа” Tag

promo luckyea77 june 19, 23:05 11
Buy for 10 tokens
Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Март 2018 года Индустриализация стала основным инструментом достижения экономического богатства стран, начиная с появления прядильных машин в конце XVIII века; при смене технологических укладов менялись местами мировые промышленные лидеры. Какой…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment